...Где царствует художник

[Григорий]

Извините, Ирина, дал маху: первый пост о выставке Пашкевича как-то просквозил, поэтому повторно его гуглил и ту же ссылку ниже повторил (не глянув в святцы - бухнул в колокол ). Виноват, в будущем буду тщательнЕе .

Только на Солянке - выставка Норштейна, а Пашкевич с Любаровым в Воротниковском переулоке

А по поводу этой "перепутки" остается утешаться тем, что до Воротниковского нам не ближе, чем до Солянки...

[ИРИНА Т]

Да ладно! Вот уж всех засмущала... Это я токмо из занудства уточнила.

[Ginzzburg]

Две фотовыставки в Москве.

[Nikos]

Как же это я сюда не заглянула раньше?
Сейчас буду потихоньку рассматривать. От первой страницы оторвалась с трудом...

[Gera]

Не очень давно познакомился с творчеством фотохудожницы, дизайнера из Каунаса Нади Романовой. Сейчас мой очень старый знакомый Боря Бергер делает в одном из львовских кафе такой себе "музей сала". Надя, как дизайнер, взялась ему єтот музей оформлять и вот уже несколько месяцев здесь находится. Фотохудожник она весьма интересный

[Братский Андрей]

По просьбе Ирины "художественные" переношу сюда.
Замечательный художник, родившийся 25 марта, - Алексей Петрович Антропов (1716 - 1795) - выдающийся русский живописец-портретист, автор монументальных росписей, академик Императорской Академии Художеств.

П.С. Дрождин
А.П. Антропов с сыном, перед портретом жены. 1776 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

В какой бы области ни работали представители семьи Антроповых, их с уверенностью можно назвать мастерами своего дела. Отец семейства Пётр Яковлевич, обучившийся слесарному и инструментальному ремеслу у своего отца, слесаря Оружейной палаты Якова Савинова "сына Антропова", отслужил 12 лет солдатом лейб-гвардии Семёновского полка, участвовал во многих военных походах Петра I, в том числе и в Полтавской битве. Вернувшись к мирной жизни, работал при Санкт-Петербургском оружейном дворе, позже в Канцелярии от строений, куда поступили и четыре его сына. Старший Степан пошел по стопам отца, Иван стал часовым мастером, а Алексей и младший Николай обучались искусству живописи.
Алексей Антропов с молодости отличался трудолюбием и добросовестностью - эти наследственные качества были присущи нескольким поколениям мастеров Антроповых.
С 1732 г. его учителями становятся француз Л. Каравакк, много лет живший в России, а позже А. Матвеев, М. Захаров и И. Вишняков, поочередно возглавлявшие "живописную команду" Канцелярии от строений, в которой до открытия Академии художеств учились и служили практически все русские художники. В 1739 году Алексей Антропов был зачислен в штат Канцелярии с довольно солидным по тому времени окладом - 120 рублей в год.
В составе команды Вишнякова он исполнил немало монументально-декоративных росписей в духе западного барокко: в Зимнем (1744-1745 гг.), Летнем (1748 г.), Царскосельском (1749 г.) и других дворцах, а в 1750 году был отозван в Оперный дом, где писал декорации под руководством итальянских мастеров Д.Валериани и А.Перезинотти.
Судить о степени художественного достоинства тех работ сейчас трудно, так как большинство из них не сохранилось. Однако можно предположить, что Антроповым остались довольны, поскольку ему поручили весьма серьёзный заказ.
В 1752 г. Антропов получил заманчивое предложение ехать в Киев для исполнения живописных работ в построенном по проекту Ф. Растрелли архитектором И. Мичуриным Андреевском соборе. Произведённый тремя годами раньше в подмастерья, художник надеялся тем самым обрести некоторую свободу творчества и в дальнейшем претендовать на более почетную должность мастера.
К тому же к этому времени он зарекомендовал себя как опытный и умелый живописец, не лишенный организаторских способностей и настойчивости в достижении цели. До сих пор не решен вопрос, кисти одного или нескольких авторов принадлежат многочисленные изображения, украшающие собор. На сегодняшний день можно с уверенностью сказать, что помимо росписей кафедры, купола и образов Девы Марии и архангела Гавриила из царских врат Антропов исполнил также икону "Успение Богоматери" и запрестольную алтарную картину Тайная вечеря". Именно картину, так как его образы апостолов - "земные", почти простонародные, даже решение композиции напоминает схему парадного портрета - ниспадающие драпировки с кистями и колонна в глубине. К сожалению, церковь была заброшена сразу по окончании работ в ней и освящалась только в 1767 году, что пагубно сказалось на сохранности живописи.
Несмотря на предельную загруженность, художник в этот период охотно писал также и портреты по старым образцам, оттачивая свое живописное мастерство. Среди них несколько схожих между собой портретов императрицы Елизаветы Петровны (1753 - 1755 гг.).
Три года, прожитые в Киеве, укрепили авторитет Алексея Петровича как незаурядного живописца, а также позволили ему доказать свое право на самостоятельность. Высокой оценкой работы Антропова послужило последовавшее в конце 1755 г. приглашение в Москву для росписи по эскизам П. Градицци и С. Горяинова плафонов в Головинском дворце, где нередко гостила сама императрица.
1758 г. застал художника уже в Петербурге. Начинался новый период творчества Антропова, полный исканий и надежд, желания усовершенствовать свое мастерство и добиться признания, период расцвета его таланта живописца-портретиста.
По возвращении в северную столицу Алексей Петрович вновь поступил в распоряжение Канцелярии от строений, что само по себе вряд ли могло удовлетворить привыкшего к самостоятельной деятельности художника.
Шестилетнее отсутствие обусловило некоторое "отставание" Антропова от столичных живописцев, мастерство которых за это время весьма и весьма возросло. В это время ему было уже за сорок и он пользовался уважением и известностью. Однако, он справедливо не числился среди мастеров первого ранга. Чувствуя настоятельную потребность продолжить свое образование, особенно в области писания портретов, Антропов обратитлся к системе частных уроков.
Такие уроки охотно давал модный тогда итальянский портретист П. Ротари, незадолго до этого приехавший в Петербург. Два года обучения у него наложили отпечаток на все дальнейшее творчество русского мастера. Однако, используя композиционные приемы Ротари, Алексей Антропов, художник яркой индивидуальности, не стал слепым подражателем. В своих портретах он всегда стремился к передаче своеобразия внешнего и внутреннего облика изображаемого человека.
Учёба у таких мастеров, как А. Матвеев, И. Вишняков, Л. Каравакк и П. Ротари, и личные способности позволили ему стать мастером русского камерного портрета, своеобразного по стилю, национального по характеру, талантливый ремесленник превратился в выдающегося и самобытнейшего русского художника.
Своего рода экзаменом на звание портретиста стало для Антропова изображение в 1759 г. статс-дамы Анастасии Михайловны Измайловой. Эта работа художника заслужила похвалу Ротари и принесла Антропову славу одного из лучших русских портретистов, повышение жалованья и чин подпоручика.
Вслед за этим полотном художник в течение последующих двух лет создал целую галерею замечательных портретов, в том числе архиепископа С.Кулябки, княгини Т.А.Трубецкой, духовника императрицы Ф.Я.Дубянского и других.
Среди мужских камерных портретов работы Антропова следует отметить "Портрет казацкого атамана Ф. И. Краснощёкова". Герой Семилетней войны, полный энергии и жизненной силы, изображен в манере, характерной для украинских портретов XVIII столетия, что неудивительно, так как Антропов провел в Малороссии несколько лет и, безусловно, был знаком со своеобразным искусством местных портретистов.
В конце 1759 года, по протекции фаворита Елизаветы Петровны, образованного вельможи И.И. Шувалова , Антропов был принят в качестве живописного мастера в Московский университет, при котором предполагалось сперва учредить и Академию художеств.
Но так как это не состоялось, тот же Шувалов помог художнику в 1761 году получить назначение в святейший правительствующий Синод на место надзирателя за живописцами и иконописцами. В его обязанности входило писать и поправлять иконы, исполнять портреты, рисовать чертежи внутреннего убранства церквей, а также обучать новых мастеров.
В 1762 году Алексей Петрович был занят изображением Петра III, царствовавшего не более полугода и даже не удостоившегося коронации. Зато его парадных портретов одним только Антроповым было исполнено несколько, не считая эскиза, который в художественном отношении стоит гораздо выше. Вообще живописец нередко повторял свои работы, внося некоторые изменения. Так было и с портретом Ф.Я. Дубянского и другими.
К торжествам, посвященным вступлению на престол императрицы Екатерины II в том же 1762 году, художник вместе с подмастерьем (Д. Левицким) подготовил 8 портретов ее величества для триумфальных ворот, поставленных в разных частях города.
Ещё один портрет государыни Антропов написал для Троице-Сергиевой лавры и впоследствии не раз возвращался к образам царской семьи и близких к ним лиц, исполняя заказы Синода "для поднесения высочайшим особам". В большинстве своем эти работы были копиями с собственных оригиналов или картин других мастеров.
Пребывание Антропова в Москве, выполнявшего многочисленные заказные портреты, затянулось до середины 1763 года. Когда же художник вернулся в Петербург, оказалось, что свою должность при Синоде он практически потерял. Предприняв отчаянную попытку определиться "к одним портретным делам" в ведомство придворной конторы и не получив на то «милостивого соизволения", Алексей Петрович был вынужден вновь хлопотать о восстановлении в штате Синода. Но только к концу 1765 г. его хлопоты увенчались успехом, и Антропов был окончательно утвержден в прежней должности с выплатой всего причитавшегося ему жалованья.
Ещё в Москве живописец с увлечением начал работать над небольшими камерными портретами, на которых изображал конкретных людей, не подчеркивая их сословную принадлежность, но наделяя чертами жизненной достоверности.
Композиция этих и других портретов кисти Антропова отличается лаконичностью, модели изображены на нейтральном фоне. Цветовая гамма звучная, декоративная. Орнаментальность форм, тщательное выписывание деталей, присущие работам Антропова, идут от парсуны предшествующего столетия, но реалистическое восприятие натуры, тонкая наблюдательность, достоверная передача характеров - это новое в русском искусстве.
Как и в прежних своих работах, он не умел и не хотел льстить своим моделям, но при этом его полотна не теряли своего декоративного назначения. В этот период художник был относительно свободен в выборе заказов, много писал, исходя из личных симпатий, поэтому так удачны его портреты дворян Бутурлиных, статс-дамы М. А. Румянцевой, несколько портретов неизвестных мужчин и женщин.
Особо хочется выделить парадный портрет видного государственного деятеля графа В.В.Фермора - храброго, честного и бескорыстного человека, - написанный в 1765 году. Но во второй половине 1760-х годов манера письма художника становится, если так можно сказать, более робкой. Поняв, что внутренний мир человека несравненно богаче, чем это доступно его выразительным средствам, Алексей Петрович начинает испытывать некоторую растерянность.
Парные портреты Колычевых почти идентичны. Колычевы, изображенные в одной и той же позе, кажутся застывшими. Однако это однообразие компенсируется личным отношением художника к модели, он воспроизводит черты характера прямолинейно, без прикрас. Изображения четы Колычевых стали своеобразной лебединой песнью мастера в области камерного портрета.
В 1770-х годах им были исполнены портреты архиепископов Г. Петрова и П. Левшина, а позже он писал преимущественно копии царских портретов и иконы по заказу Синода, последняя из которых датирована 1788 годом.
В 1768 году Антропов, ссылаясь на свою многолетнюю службу, подал прошение о повышении в чине, но только через пять лет по представлению архиепископа Гавриила получил просимое. Вообще, отношения Алексея Петровича со Святейшим синодом не складывались. Необходимость выполнять всевозможные oбременительные поручения, далекие от основного пристрастия художника - портретной живописи, не могла принести ему удовлетворения.
Гораздо больше ему нравилась его педагогическая деятельность, которой он посвящал много сил и времени. В 1765 году у Антропова было восемь учеников, позже в его доме постоянно проживала большая группа воспитанников, которых он обучал самостоятельно; многие из них остались неизвестными, однако двое не только прославили своего учителя, но и вошли в историю русского искусства - это Д.Г. Левицкий и П.С. Дрождин.
В самом конце 1789 г. на первой странице "Санкт-Петербургских ведомостей" появилось объявление Антропова об открытии частного училища во флигеле его собственного дома, где уже в первый год занималось 119 человек. Постепенно училище расширялось, а после смерти художника и его жены, по завещанию Алексея Петровича, разместилось в самом двухэтажном доме художника. Просуществовав еще многие годы, оно явилось своеобразным памятником замечательному русскому живописцу.
Антропов скончался от горячки в Петербурге и был похоронен в Александро-Невской лавре. Надгробная плита на его могиле сохранилась до наших дней. На ней надпись:
"В надежде воскресения погребен на месте сем раб Божий коллежский асессор и живописи художник Алексей Петрович Антропов. Родился 1716 г. марта 14 дня. Скончался 1795 года июня 12 дня. Жития его было 79 лет 2 месяца и 28 дней".
Ниже - картины этого художника.

Скрытый текст:

Портрет императрицы Елизаветы Петровны. ~1752-1755 г.
Сергиево-Посадский государственный историко-художественный музей-заповедник


Портрет императрицы Елизаветы Петровны. 1753-55 г.
Тульский областной художественный музей


Портрет статс-дамы А.М. Измайловой. 1759 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет архиепископа С. Кулябки. 1759-61 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет казацкого атамана Ф.И. Краснощёкова. 1761 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет княгини Татьяны Алексеевны Трубецкой. 1761 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет императора Петра III. 1762 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет Екатерины Алексеевны (будущей Екатерины II). 1760 г. Саратовский художественный музей


Портрет Екатерины II в профиль. 1766 г. Новгородский художественно-исторический музей


Портрет Екатерины II. 1766 г. Областной художественный музей,Тверь


Портрет Екатерины II. До 1766 г. Государственный музей Эрмитаж, Санкт-Петербург


Портрет Анны Ивановны Колычевой. 1768 г. Государственный исторический музей, Москва


Портрет Петра Андреевича Колычева. 1767 г. Государственный исторический музей, Москва


Портрет царицы Софьи. 1772 г. Московский областной краеведческий музей


Портрет Петра I. 1772 г. Таганрогский художественный музей


Портрет Петра I (деталь). 1770 г. Государственный Русский музей, Москва

[Братский Андрей]

24 марта исполнилось 230 лет со дня рождения Ореста Адамовича Кипренского (1782 - 1836) - выдающегося русского художника-портретиста. Очень рекомендую всем, интересующимся его творчеством, почитать биографию художника. На мой взгляд, здесь наиболее полно, доступно и живо о нём рассказано. Я же хочу показать вам репродукции его картин. Пожалуй, самая известная из них - эта:

Портрет Александра Сергеевича Пушкина. 1827 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет так понравился поэту, что вдохновил его на написание следующих строк, посвящённых Кипренскому:

Любимец моды легкокрылой,
Хоть не британец, не француз,
Ты вновь создал, волшебник милый,
Меня, питомца чистых муз,
— И я смеюся над могилой,
Ушед навек от смертных уз.
Себя как в зеркале я вижу,
Но это зеркало мне льстит.
Так Риму, Дрездену, Парижу
Известен впредь мой будет вид...

Ниже - избранные картины замечательного художника.

Скрытый текст:

Автопортретет. 1828 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва.


Портрет А.К. Швальбе. 1804 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет В.А.Перовского в испанском костюме XVIIвека
1809 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет Е.Г.Гагарина в детстве. 1816-17 г. Частное собрание А. В. Мамонова, Франция


Портрет неизвестной с ребёнком. 1809 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет мальчика. 1812 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Князь Димитрий Донской после Куликовской битвы.
1805 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Мадонна с младенцем. Икона из Казанского собора, 1807 г.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Бедная Лиза. 1827 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет лейб-гусарского полковника Евграфа Владимировича Давыдова
1809 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет А.П. Бакунина. А.П. Бакунин - лицейский товарищ Пушкина
1813 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет К.Н. Батюшкова. 1815 г. Государственный исторический музей, Москва


Портрет В.А. Жуковского. 1812 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва

[Братский Андрей]

Сегодня день рождения Игоря Эммануиловича Грабаря (1871 - 1960) - замечательного художника, с творчеством которого я бы хотел вас познакомить.
Игорь Эммануилович Грабарь родился 25 марта 1871 года в Будапеште, в русской семье, которая была причастна к славянофильскому движению, развивавшемуся в Австро-Венгрии. Отец, Э.И. Грабарь, юрист, депутат Будапештского парламента, был вынужден эмигрировать и в 1876 году переселился в Россию. Детство художника прошло в атмосфере общественно-политических интересов семьи и, большей частью, вдали от родителей. В 1880 году мать привезла его в Россию, в Егорьевск Рязанской губернии.
Первые художественные навыки он получил в Егорьевской гимназии, продолжал заниматься рисованием и живописью во время обучения в Московском лицее цесаревича Николая, куда поступил в 1882 году.
Закончив лицей с золотой медалью, Грабарь в 1889–1893 годах учился на юридическом факультете Петербургского университета. Наряду с занятиями в университете он работал для журнала "Нива" – делал иллюстрации, писал обзоры и статьи. Но живопись оставалась его главным интересом. С 1892 года Грабарь начал заниматься в академической мастерской профессора П.П. Чистякова, а окончив университет в 1894 году, поступил в петербургскую Академию художеств.
В 1895 году Грабарь совершил поездку в Европу, имевшую большое значение для формирования его взглядов на искусство. Он побывал в Германии, Италии, Франции, в Париже открыл для себя искусство Сезанна, Гогена, Ван-Гога.
Проучившись несколько месяцев в мастерской И.Е. Репина, в 1896 году Грабарь уехал учиться в Мюнхен. Поступив в школу А. Ашбе, он не только углубленно занимался рисунком и живописью, но и изучал архитектуру и скульптуру, писал критические статьи, в том числе и для нового журнала "Мир искусства", а так же сам преподавал. В мюнхенский период (1896–1901) Грабарь продолжает поиски своей художественной манеры, основанные на живописном опыте импрессионизма, постимпрессионизма, символизма, модерна.
В 1901 году он вернулся в Россию. Поселившись в Петербурге, Грабарь связал свою деятельность с журналом "Мир искусства", где нашел единомышленников, прежде всего Александра Бенуа. Благотворной почвой для творческого развития Грабаря-живописца стал русский пейзаж, его работы появились на выставке "Мира искусства" в 1902 году.
В 1902 году Грабарь совершил поездку на Северную Двину. В этой поездке отразилось общее для художников этого времени увлечение Русским Севером, его деревянной архитектурой. Путешествие нашло отклик в некоторых работах Грабаря, и в то же время оно было предвестием новых жизненных путей художника, в том числе его реставрационной деятельности.
После распада объединения "Мир искусства" и прекращения выпуска журнала Грабарь покинул Петербург и перебрался в Москву. Побывав в имении Дугино под Москвой у художника Н.В.Мещерина, Грабарь надолго остаётся здесь, увлечённый подмосковными пейзажами. На выставке "Союза русских художников" 1904 года он выступил со своими работами как представитель русского импрессионизма ("Февральская лазурь", "Мартовский снег" и др.). Развивая это живописное направление, он принимал участие в выставках СРХ вплоть до 1909 года. Зимняя тема приобрела устойчивую линию в его творчестве и одним из ведущих ее мотивов стало изображение инея – эти композиции составили сюиту картин "День инея". Важной стороной его импрессионистических поисков являются натюрморты ("Хризантемы", "Сирень и незабудки", "За самоваром", "Неприбранный стол").
Грабарь вышел из СРХ в связи с расколом, происшедшим в этом объединении. В это время его известность как художника была уже велика – в 1909 году в Италии была издана монография о нём.
С 1902 года Грабарь углубленно занимался вопросами истории искусства, прежде всего русской художественной школы. Вплоть до конца жизни работа над разными вариантами "Истории русского искусства" относилась к наиболее значимым сферам его многогранной деятельности. Он сформировался в этой работе как один из крупнейших европейских учёных, как специалист в области атрибуции произведений искусства. В 1907–1914 годах Грабарь работал над многотомной "Историей русского искусства" для издательства И.Н. Кнебеля. Было издано пять томов, но в мае 1915 года издание прервалось в связи с обстоятельствами военного времени. Одновременно Грабарь задумал ряд монографий о русских художниках и в 1913 году выпустил монографию о В.А. Серове.
В 1909–1914 годах он пробует себя в архитектурном творчестве и строит больницу в имении Захарьиных под Москвой. В 1913 году Грабарь стал попечителем (директором) Третьяковской галереи, и оставался им вплоть до 1925 года. На протяжении этих лет он осуществил коренные реформы в хранении и экспонировании произведений галереи, превращая частную коллекцию в "организованный музей европейского типа" и заложив основы современной деятельности Государственной Третьяковской галереи. В 1914–1915 годах он провел генеральную перевеску картин по хронологическому принципу и инвентаризацию галереи. Занимаясь атрибуцией, Грабарь сделал немало открытий в русской живописи и в 1917 году опубликовал первый научный каталог галереи. Пополняя галерею произведениями классической живописи, Грабарь начал приобретать для галереи картины художников новейших течений – Н. Гончаровой и М. Ларионова, И. Машкова, П. Кончаловского, П. Кузнецова, К. Петрова-Водкина, М. Сарьяна и др.
После Февральской революции Грабарь включился в работу по сохранению художественных ценностей, был сотрудником Совета по делам искусств при Временном правительстве. Эту работу он продолжил и после Октябрьской революции. В 1918 году Грабарь участвует в организации Главмузея – музейного отдела Наркомпроса. Он принимал активное участие в создании государственного музейного фонда, где собирались художественные ценности из частных собраний, распределявшиеся по российским музеям. Его интересовало спасение художественных произведений и их реставрация. В том же году Грабарь создает первую реставрационную группу, которая занимается обследованием архитектурных памятников Москвы, предпринимает экспедиции в разные районы страны – по Волге, Оке, Северной Двине и Белому морю, на Онежское озеро, в Крым и Закавказье. На основе этой группы позднее создаются Центральные государственные реставрационные мастерские.
Кроме того, в этот период Грабарь работал в Академии истории материальной культуры, руководил в течение нескольких лет художественно-постановочной частью Малого театра, вёл преподавательскую деятельность в Московском университете на вновь созданном отделении истории искусства, читая уникальный в мировой практике курс лекций по научной реставрации художественных произведений. Он продолжал работать в Третьяковской галерее, где под его руководством были организованы выставки Ф. Рокотова, Д. Левицкого, И. Репина, М. Врубеля, К. Коровина, К. Сомова, П. Кончаловского, каждая из которых стала принципиальным открытием творчества этих мастеров.
В 1920–1930-е годы Грабарь часто бывал в европейских странах как крупный эксперт-искусствовед в области живописи по приглашению музеев, и как представитель советских художников. В 1923–1924 годах он отправился в Америку с большой выставкой произведений русских художников. Он первым был представлен к званию «Заслуженный деятель искусств», введённому в 1928 году.
Однако постепенно Грабарь сосредоточился на главных для себя направлениях. С 1925 года основной для него становится работа в реставрационных мастерских. Под его руководством проводилось раскрытие древнейших памятников русской и византийской живописи, в том числе иконы "Богоматерь Владимирская", фресок Успенского и Дмитриевского соборов во Владимире, чина Благовещенского собора, Звенигородского чина Андрея Рублёва.
В 1930 году Грабарь уходит с поста директора реставрационных мастерских с намерением полностью посвятить себя живописи и истории искусства. В 1937 году вышла его автобиографическая книга "Моя жизнь", ставшая подведением итогов прошедшего периода жизни. В том же году Грабарь издал двухтомную монографию о И.Е.Репине, за которую в 1941 году был удостоен Государственной премии. Он вновь обращается к педагогической деятельности, придя в 1937 году в Московский государственный художественный институт как директор и педагог.
После революции, будучи вовлечённым в административную деятельность, Грабарь почти не брал в руки кисть. Средством поддерживать художническую "форму" в 1920-е годы для него оставались натюрморты ("Груши на зелёной драпировке»; "Красные яблоки на синей скатерти"; "Туркестанские яблоки"). В пейзажах 1920–30-х годов язык его живописи становится проще, сдержаннее, пейзажные мотивы нередко соединяются с жанровыми ("Разъяснивается"; "Старый сарай в морозный день"; "За пилкой дров", "Новый сруб"). В начале 1925 года Грабарь участвовал в выставке нового объединения "Общество московских художников".
Абрамцево, где он поселился с 1930-х годов в дачном поселке художников, стало для него источником вдохновения. Многообразная жизнь зимней природы оставалась для Грабаря-пейзажиста наиболее интересным объектом наблюдений. Об этом говорят такие работы, как "Солнце поднимается», "Зимний пейзаж". Вновь и вновь он обращается к зимним мотивам, к неисчерпаемой теме инея – из года в год пишет «"Роскошный иней»" и "День инея", "Иней", "Иней при восходе солнца". Последней живописной работой Грабаря стала написанная в Абрамцеве в 1959 году "Березовая аллея".
Наряду с пейзажем близким художнику жанром был портрет. Через годы протягивается линия его автопортретов – "Автопортрет в шляпе", "Автопортрет с женой", "Автопортрет с палитрой", "Автопортрет в шубе". Часто он пишет своих домашних – жену, брата, сына, дочь ("В Крыму"; "За чтением. Портрет жены художника"; "Профессор В.Э. Грабарь"; "Зимой. Портрет дочери художника"; "Портрет сына").
В 1930-е годы Грабарь создал ряд портретов учёных и деятелей культуры. По заказу Академии наук он пишет портреты академиков Н.Д. Зелинского, В.И. Вернадского, А.Н. Северцева, С.А. Чаплыгина. Особой убедительностью образов отличаются портреты С.С. Прокофьева и К.И. Чуковского.
При всей очевидной приверженности Грабаря камерным, лирическим жанрам живописи он отдал дань и тематической картине ("В.И. Ленин у прямого провода"; "Крестьяне-ходоки на приеме у В.И. Ленина").
Во время войны, в 1941–1942 годах Грабарь находился в эвакуации в Грузии. Но уже с 1942 года он как крупнейший специалист в области музейного и реставрационного дела возглавил комиссию, в задачу которой входило обследование памятников в освобождённых от оккупации районах страны. Неисчислимые разрушения и гибель художественных сокровищ России побудили его поставить вопрос о создании полной истории русского искусства. В 1943 году Грабарь стал директором Всероссийской Академии художеств и Института живописи скульптуры и архитектуры в Ленинграде, будучи одновременно избран действительным членом Академии наук СССР. Осенью 1944 года под его руководством был создан Научно-исследовательский институт истории искусств АН СССР. До конца своей жизни Грабарь возглавлял этот коллектив ученых, задачей которого стала подготовка многотомного издания "История русского искусства" (1954–1962). До последних дней его жизни составление и редактирование "Истории" оставалось его основной заботой.
В 1944 году он возвратился в качестве научного руководителя в Государственные центральные реставрационные мастерские, которые теперь носят имя своего создателя и руководителя.
Игорь Эммануилович Грабарь умер 16 мая 1960 года в Москве. Его имя – одно из известнейших имён в истории русской культуры XX века. Пожалуй, не было в ней человека более многогранного, проявившего себя в самых разных ее сферах, оказавшего личное творческое воздействие на формирование целых ее направлений.
И сейчас я хочу показать вам некоторые его картины.

Скрытый текст:

Мартовский снег. 1904 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Берёзовая аллея. 1940 г.


Февральская лазурь. 1904 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Иней. 1905 г.


Иней. 1918 г.


Московский дворик. 1930 г.


Светлана. 1933 г.


Зимой. Портрет О.И. Грабарь, дочери художника. 1934 г.


Портрет К.И. Чуковского. 1935 г.


Рябинка. 1915 г.


Зимний пейзаж. 1954 г.


Осень. Рябина и берёзы. 1924 г.


Старый сарай в морозный день. 1933 г.


Неприбранный стол. 1907 г.


Разъяснивается. 1928 г.


Автопортрет в шубе. 1947 г.


Проходной двор в Замоскворечье. Серый день. 1941 г.


Портрет академика Н.Д. Зелинского, 1935 г.

[ИРИНА Т]

Спасибо, Андрей!

[Братский Андрей]

Итак, Василий Андреевич Тропинин.
Как-то крепостного «казачка» Ваську наказали. Дело было в том, что, собрав обувь для чистки, он забыл про полученное задание. Вместо этого рисовал углем и ваксой головы людей прямо на стенах людской. Просто ему хотелось стать настоящим художником. И, выкраивая любой момент, пусть еще совсем неумело, он пытался рисовать. Тогда мальчик служил в семье графа Моркова, и на просьбы отца юного художника отдать Васю в ученики к живописцу тот ответил: «Толку не будет!».
«Казачок» же стал одним из самых замечательных портретистов первой половины XIX в. — Василием Тропининым, оставаясь крепостным до 47 лет.
За свою долгую жизнь Василий Тропинин создал немало картин - портретов, жанров. Они яркие и своеобразные. Во многих из них, особенно в поздних работах, узнаешь знакомые облики московских дворян, высвеченных гением Грибоедова, Гоголя, Тургенева...
Но три портрета - сына, кружевницы и Пушкина - сияют, как недосягаемые вершины в его творчестве.

Голова мальчика (Портрет Арсения Васильевича Тропинина) 1818 г.
Государственная Третьяковская галерея, Москва


Кружевница. 1823 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Портрет А.С. Пушкина. 1827 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва
(копия, оригинал - в Музее А.С.Пушкина, Санкт-Перербург)

Они словно отражают какие-то минуты высшего озарения, когда художник с единственной и уже неповторимой лёгкостью и свободой будто выпевает данную ему природой песню. В них - свежесть, нерастраченность душевных сил, цельность и нерушимость его внутреннего мира, любви к людям, запас добра. В этих холстах проявлены свойства его натуры, широкой, верной своему призванию, благосклонной к чужой беде, прощавшей многие тягости житейской прозы.
Тропинин оставил людям след своего гуманного и, может быть, несколько простодушного взгляда на мир.

Скрытый текст:

Портрет Н.М. Карамзинa. 1818 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Женщина в окне (Казначейша). 1841 г.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Гитарист. 1839 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.


Портрет мальчика Козакова. 1820-е гг. Самарский художественный музей


Девочка с куклой. 1841 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Золотошвейка. 1826 г. Государственная Третьяковская галерея, Москва


Гроза над рощей. 1818-1821 гг. Государственная Третьяковская галерея, Москва

ПаКо(ppd)
Заменил теги [img] на [imgr]. Так по клику картинки будут разворачиваться в отдельном окне в полном размере.
Картинки всё-таки большие, а некоторые просматривают форум с мобильников.

[Братский Андрей]

Ещё сегодня день рождения великого Винсента Ван Гога. Очень хочу познакомить вас с его творчеством, но придётся ненадолго отложить это знакомство.

[СВЕТЛАНА]

О,спасибо,Андрей! Я когда-то в отрочестве прочла книгу Ирвинга Стоуна "Жажда жизни",она меня очень тогда "зацепила"! Я даже сочинение о ней написала в школе,за что получила 5+,честное слово! Жду о Ван Гоге!

[Елена]

Андрей, спасибо! Особое - за моего любимого Грабаря!

[Братский Андрей]

Павел, понятно, учту на будущее.

[Арника]

Какое отдохновение души!
Сначала - замечательные "снеги" Грабаря.
Потом - любимый с детства Тропинин...
Спасибо, Андрей.

[Братский Андрей]

Итак, художник Винсент Ван Гог (1853 - 1890).
Винсент Ван Гог родился 30 марта 1853 в Гроот Зюндерт (Нидерланды) в семье кальвинистского священника. Три дяди Винсента занимались торговлей произведениями искусства. По их примеру и под их влиянием в 1869 году он поступил в компанию "Гупиль", продававшую картины, и работал в ее отделениях в Гааге, Лондоне и Париже, пока в 1876 году не был уволен за некомпетентность. В 1877 году Ван Гог приехал в Амстердам изучать богословие, но, провалившись на экзамене, поступил в миссионерскую школу в Брюсселе и стал проповедником в Боринаже, шахтерском районе Бельгии. В это время он начал рисовать. Зиму 1880-1881 годов Ван Гог провел в Брюсселе, где изучал анатомию и перспективу. Тем временем его младший брат Тео поступил в отделение компании "Гупиль" в Париже. От него Винсент получал не только скромное содержание, но также и моральную поддержку, несмотря на их частые расхождения во взглядах.
В конце 1881 года после ссоры с отцом, Ван Гог поселился в Гааге. Некоторое время он учился у известного пейзажиста Антона Мауве. Эксцентричное поведение Ван Гога, усугублявшееся застенчивостью, оттолкнуло от него тех, кто хотел ему помочь. Он жил с женщиной по имени Кристина, происходившей из низших слоев общества, и часто изображал ее на картинах. Когда она ушла от него, художник в конце 1883 года вернулся к родителям, которые жили тогда в Нюэнене. В работах нюэненского периода (1883-1885) начинает проявляться своеобразие творческой манеры Ван Гога. Мастер пишет темными красками, сюжеты его работ однообразны, в них чувствуется симпатия к крестьянам и сострадание к их тяжелой жизни. Первая большая картина, созданная в нюэненский период, - "Едоки картофеля" (1885, Амстердам, фонд Ван Гога), - изображает крестьян за ужином.
Зимой 1885-1886 годов Ван Гог отправился в Антверпен. Там он посещал занятия в Академии художеств. Художник вел полунищенское и полуголодное существование. В феврале 1886 года, в состоянии физического и духовного истощения, он уехал из Антверпена к брату в Париж. Здесь Ван Гог поступил в мастерскую художника-академиста Фернана Кормона, однако гораздо важнее для него было знакомство с живописью импрессионистов. Он встречался со многими молодыми художниками, в том числе с Тулуз-Лотреком, Эмилем Бернаром, Полем Гогеном и Жоржем Сера. Они научили его ценить японскую гравюру; ее линейный рисунок, плоскостность и отсутствие моделировки оказали большое воздействие на формирование новой живописной манеры Ван Гога. Ненадолго он увлекся дивизионистской техникой Сера, но строгая и методичная манера живописи не соответствовала его темпераменту.
После двух лет, проведенных в Париже, Ван Гог, не выдержав сильного эмоционального напряжения, в феврале 1888 года уехал в Арль. В этом южнофранцузском городе он нашел обилие сельских сюжетов, которые так любил писать. Летом 1888 года художник создал некоторые из своих наиболее спокойных произведений: "Почтальон Рулен" (Бостон, Музей изящных искусств), "Дом в Арле" (Амстердам, фонд Ван Гога) и "Спальня художника в Арле" (Чикаго, Художественный институт), а также несколько натюрмортов с подсолнухами. Вдохновленный образами японской гравюры и яркими работами импрессионистов, он написал картину, которая по праву считается одним из лучших его произведений: "Ночное кафе" (картинная галерея Йельского университета).
Ван Гог жил в полном одиночестве, питался только хлебом и кофе и много пил. В этих обстоятельствах визит Поля Гогена в октябре 1888 года, которого Ван Гог ждал с нетерпением, закончился трагическим конфликтом. Эстетическая философия Гогена была неприемлема для Ван Гога; их споры становились все напряженнее и ожесточеннее. 24 декабря Ван Гог, потеряв способность контролировать себя, набросился на Гогена, а затем отрезал себе ухо. В мае 1889 года он добровольно поселился в психиатрической лечебнице в Сен-Реми. В течение следующего года его рассудок временами прояснялся, и тогда он бросался писать; но эти периоды сменялись депрессией и бездеятельностью. В это время он написал знаменитые пейзажи с кипарисами и оливами, натюрморты с цветами и копировал по репродукциям картины своих любимых художников Милле и Делакруа.
В мае 1890 года Ван Гог почувствовал себя лучше, покинул приют и, вернувшись на север, поселился в Овер-сюр-Уаз у доктора Поля Гаше, интересовавшегося искусством и психиатрией. В Овере художник написал свои последние работы - два портрета доктора Гаше (Париж, музей Д'Орсе, и Нью-Йорк, коллекция Зигфрида Крамарски). Последние картины Ван Гога - виды пшеничных полей под жарким тревожным небом, в которых он пытался выразить "грусть и крайнее одиночество". Винсент Ван Гог умер 27 июля 1890 года.
В искусстве Ван Гога доминирует всепоглощающая потребность самовыражения. В своих лучших произведениях он выступает как первый и наиболее яркий экспрессионист. Его страдания и борьба с судьбой отражены в яркой прозе нескольких сот писем, адресованных в основном брату.
И теперь - картины художника.

Скрытый текст:

Красные виноградники в Арле


Угол в саду больницы Святого-Поля


Поле жёлтых цветов


Девочка на улице на фоне двух повозок


Группа домов


Арлезианка. Портрет мадам Жину с парчатками и зонтом


Пара ботинок


Узкая дорога возле Арле


Ваза с астрами, шалфеем и другими цветами


Воскресенье в Эйндховене


Агостина Сегатори в кафе Тамбурин


Старик, смахивающий мокрый рис в очаг


Улица с тополями на закате


Корзина яблок


Ветви цветущего миндаля


Гордина де Грут. Голова


Летящая лиса


Куртизанка


Мельница де ля Галетт


Портрет доктора Гаше


Автопортрет с отрезанным ухом и трубкой


Череп


Сад в Овере


Два срезанных подсолнуха 3


Ваза с подсолнухами


Ирисы


Звёздная ночь


Ночное кафе


Поле маков


Едоки картофеля

[Елена]

Про Ван Гога у Дины Рубиной "Холодная весна в Провансе".

[Максимыч]

Сейчас специалисты считают, что психическое заболевание у ван Гога (буду всё-таки писать его фамилию так, как привык ) было вызвано редкой наследственной патологией обмена веществ - порфирией (расстройствами психики страдал и его брат Тео, хотя и в более лёгкой форме). При современном уровне медицины такие люди могут вести нормальный образ жизни, без патологий психики (хотя и вынуждены всю жизнь принимать определённые препараты - кстати, очень дорогие и не лицензированные в России), но тогда, конечно, это было неизлечимо. Ещё один случай порфирии повлиял на всю мировую историю. Аналогичным заболеванием страдал английский король Георг III. Возможно, если бы он был здоров, Англия вела бы более адекватную политику в североамериканских колониях, и они не стали бы воевать и отделяться

[olira]

При современном уровне медицины такие люди могут вести нормальный образ жизни, без патологий психики (хотя и вынуждены всю жизнь принимать определённые препараты - кстати, очень дорогие и не лицензированные в России)

Т.е. мы живем в 19-м веке: порфирия в России и сейчас неизлечима.

[Максимыч]

Ну, всё-таки не совсем так. У нас года два-три назад выявили одного больного, вовремя диагностировали, начали лечение, но выяснилось, что из-за каких-то бюрократических проволочек нужный ему препарат не может быть проведён по квотам областного Минздрава, так как из-за чьей-то безалаберности наверху его не пролицензировали. Однако какую-то схему поставки затем нашли, говорили, что так лечат всех больных порфирией. Насколько знаю, этот человек жив, вопрос с лицензированием как-то решался, хотя я подробностей не знаю. Вроде бы порфирию внесли в список редких заболеваний, закупка препаратов для лечения которых идёт отдельной статьёй федерального бюджета, надеюсь, всё благополучно утрясётся.
С другой стороны, у нас бывают лицензированы препараты, которые начисто отсутствуют в соседних государствах. Года четыре назад я покупал и отправлял на Украину препарат от диабета, который у нас вполне доступен, а там тоже не был лицензирован (надеюсь, там эту проблему тоже решили).